История становления Турслёта

История становления Турслёта

На днях закончился прогремевший на весь мир телесериал «Игра престолов», в последней серии которого устами Тириона Ланнистера было сказано, что ни армии, ни золото, ни знамёна не объединяют людей так крепко, как истории. Хорошая история, вот в чём сила. Своего Брана Старка в Российском университете транспорта (МИИТ) нет. Поэтому нам всем надо быть немножечко Трёхглазыми воронами и помнить свою историю самим.

Сегодня речь пойдёт о Турслёте. В двенадцатый раз он пройдёт на этих выходных, с 24 по 26 мая. И в первый раз пройдёт без тех людей, кто стоял у его истоков, без Андрея Кирьякова и Юрия Ушкова. С ними и поговорим.


- С чего для вас начиналась история турслётов?

Андрей: Для меня история начиналась более 5 лет назад, когда Юра Ушков с Евгением Юрьевичем Думбровским предложили такую тему. Сначала это всеми воспринялось в штыки! Но лично я воспринял позитивно, потому что ещё до того имел опыт походов с палатками, поездок на Селигер и так далее. Поэтому я сразу же зацепился за эту идею, проникся ей. Я уже тогда знал, что буду курировать этот процесс. Несмотря ни на что старался перетянуть на себя одеяло, вклиниться, быть максимально задействованным в организации этого процесса. И это при том, что на первый и второй турслёт я ездил в составе институтской команды, я всё равно был и в составе оргкомитета. Мне это нравилось, я этим жил, это было реально круто!

Юрий: Я, если можно, поподробней расскажу. Когда Евгений Юрьевич Думбровский возглавил Управление молодёжной политики, тогда ЦСМП так назывался, встал вопрос, что нового, интересного привнести в жизнь студентов? Что им показать, какие границы их сознания раздвинуть? Я, как отец двоих уже достаточно взрослых детей, считаю, что один из основных принципов воспитания – это показать детям, какие существуют возможности в жизни, что можно делать, чем заниматься. А дети это или молодые люди, не важно. Они уже сами определят, нравится им это или нет.

На тот момент я сказал Евгению Юрьевичу, что нужно обязательно делать турслёт. Приблизительно с 2002 по 2010 мы с выпускниками МИИТа начала 2000-х ездили на турслёт, который организовывала компания «Ист Лайн» – оператор и владелец аэропорта Домодедово. Нас пригласил один из наших друзей выпускников, который там работал. Мы тогда тоже не понимали, что это такое. Приехали, увидели сколько человек там участвует в возрасте от 1 до 80 лет, нас это поразило. Самим нам тогда было по 25-27 лет. Мы стали ежегодно туда ездить. Иногда и по два раза за лето, потому что был официальный турслёт от компании и неофициальный от группы энтузиастов. Официальный включал в себя разные конкурсы: ТВТ (техника водного туризма), верёвки, самодеятельность, футбол, волейбол и много чего ещё. Наш турслёт РУТ (МИИТ) до сих пор не добрался по количеству дисциплин до того уровня.


Об этом турслёте я и рассказывал Евгению Юрьевичу, предлагая сделать нечто подобное. Он беспокоился. Как это – студенты в лес? Кто за них будет отвечать? Они же не умеют пользоваться ни топором, ни лопатой (и мы убедились на первых турслётах, что это именно так). Но риск, как мы считали, был оправдан. Поэтому Евгений Юрьевич осмелился и предложил нашим заместителям директоров по воспитательной работе такую форму студенческого досуга.

Естественно, все это восприняли в штыки. Начнём с того, что тогда далеко не все были довольны, что он возглавил Управление молодёжной политики, а тут ещё предлагает ехать со студентами в лес. Первые заседания, на которых обсуждался этот вопрос, были полны негатива. Возникало огромное количество вопросов организационного характера. Все старались придумать аргументы, чтобы турслёт не состоялся. Кто-то говорил, что студентов нельзя снимать с учёбы. Пятница – учебный день и только после учёбы они смогут поехать, а это уже будет время 6 часов вечера, начнёт смеркаться, это очень опасно. Кто-то спрашивал, а где бедный студент возьмёт билет на электричку? Ему есть нечего, а тут ещё и на электричку потратится. Кто-то интересовался как раз тем, что они там будут есть? У них нет денег даже на электричку, их нужно обязательно там кормить первым, вторым и третьим. Первый и второй турслёт мы кормили исходя исключительно из этого. И перестали кормить после того, как поняли, что они питаются лучше, чем мы их кормим. И курицу себе фаршируют и так далее. В общем, было множество вопросов и были моменты, когда руки опускались, хотелось всё прекратить. Ближе к дате первого турслёта испортилась погода, противники этой идеи поняли, что Господь на их стороне, нужно ещё немного надавить и наконец-то отменят этот никому не нужный туристический слёт. Тем не менее, мы поехали. И сейчас уже в голову никому не приходит, что его когда-то не было или что может быть какое-то другое место для этого слёта.
 


- Вот, кстати, интересно, почему именно это место? Оно никогда не менялось?

Юрий: Оно один раз менялось. Мы провели турслёт где-то по рязанскому направлению, более восточному. Были тому определённые причины, это не очень интересно. А всё остальное время были на том же месте. Как его нашли – отдельная история. Если бы сейчас кто-то решил с нуля начать организацию турслёта, первый вопрос был бы: где его проводить? Когда ты живёшь в мегаполисе, то имеешь весьма ограниченное представление о том, где в Подмосковье можно организовать турслёт. На первый взгляд – везде! Но когда ты начинаешь об этом думать, то понимаешь, что вот здесь дачные участки, здесь город, здесь деревня, здесь частная территория, здесь всё в борщевике, здесь далеко от станции. Обнаруживается множество аргументов против. А так как я выступил с инициативой турслёта, то и место должен был предложить я. В первую очередь я подумал о месте турслёта «Ист Лайна». Но и он теперь проходит в другом месте. Раньше это был берег речки Рожайки, где сейчас частная территория, половина которой к тому же отдана под монастырь, служители которого запрещают проводить что-то на своей территории. Хотя сейчас такая ситуация, что они наоборот лезут на чью-то территорию, а светские люди запрещают. Надо как-то искать компромисс.

Так вот встал вопрос о поиске места и Евгений Юрьевич меня познакомил с одним активным молодым человеком из университета, с которым мы совпадали по энергетике, это был Андрей Кирьяков. Мы с ним решили целую неделю посвятить поискам места. Машина у меня была, но куда ехать, как? Не поедешь же по Новорижскому шоссе, сворачивая в каждый выезд с него. При помощи интернета мы провели первоначальный анализ по некоторым характеристикам: наличие рядом железнодорожной станции, реки, большой площади, источника питьевой воды, населённого пункта рядом. Проанализировали, стали ездить, но ничего подходящего не находили. Только если скосить траву или выровнять площадку. Тогда я предложил место из моего детства, в Полушкино, где у меня дача. Я вдруг вспомнил, что там тоже проводились подобные мероприятия и интернет это подтвердил. А рядом ещё одна площадка, где проводил свои турслёты МГУ. Но на Рожайку мы, кстати, тоже съездили, оставили там мой глушитель, поговорили с монахами, увидели, что там практически уже город с многоэтажками и поняли, что турслёт там не будет похож на турслёт.


Поехали мы с Андреем в Полушкино, увидели, что там отличная площадка, берег Москвы-реки, водопад, лес, скала. Это вообще место, где тусуются всякие спелеологи и скалолазы. Решили остановиться на этом варианте. В общем было весело, потому что ты ездишь, тратишь своё время, бензин, лето в конце концов. Это было лето на тот момент. Лазаешь по лесам, погода хорошая, было желание остановиться, хотя бы одну ночку в лесу провести, открыть баночку колы, пожарить свининки, маршмэллоу, почувствовать атмосферу места, чтобы потом привезти сюда студентов. Но у нас не было возможности, нужно было ехать дальше, искать.

И вот мы представили наш проект, выслушали весь негатив и решили всё же провести турслёт. К нам присоединились только два самых смелых института: институт Андрея, ИТТСУ, и Юридический институт, что до сих пор меня удивляет. Даже не помню, почему именно они на это пошли.

- Может быть Андрей помнит?

Андрей: Да всё просто. В то время самые позитивные, самые молодые руководители были в ИТТСУ и в ЮИ. В ЮИ был Лавр Яковлев, была Нина Сац. В ИТТСУ всем руководил я. А в других институтах студенческий актив не особо активный, так сказать. Поэтому именно ЮИ и ИТТСУ восприняли идею турслёта максимально позитивно. У меня вообще вопросов не стояло, я собрал команду и сказал: «Всё, ребята, едем». Думаю, что в ЮИ была такая же ситуация. Остальные институты испугались погодных условий, не знали, как им есть, как им, извините, организовать обратный процесс, не знали, как им жить в прямом смысле слова. Такие вопросы задавались на совещаниях. Все возмущались, как они будут в лесу всё это делать.
 


- Итак, вы поехали на первый турслёт. Как он прошёл?

Юрий: В четверг мы поехали на застройку площадки. В команде организаторов было 10-12 человек. Шёл дождь. Дождевиков не было, но у нас были большие мусорные мешки вместо них. Подъехали к съезду в лес и осознали, что не можем спуститься на грунтовку, потому что там огромные лужи, грязь. И если мы въедем в лес, мы оттуда уже не выедем. Мы стали лазить по лесу в мусорных мешках в поисках какого-то проезда, потому что у нас были столы, шатры, генераторы, на руках это пронести почти километр по грязи не представлялось возможным. Нас с Андреем все проклинают. Это же мы виноваты, что нашли такое дурацкое место для турслёта. Надо было искать асфальтированное, а мы нашли какую-то лесную фигню. Все мокрые, грязные злые, понимаем, что скоро начнёт смеркаться. А отступать нельзя, мы же уже всё это заявили. И даже нельзя выпить эту баночку колы, чтобы согреться, потому что ты за рулём.

Андрей: Тут я вспоминаю, что буквально в паре километров от того места есть площадка турслётов МГУ. Это место было в низинке, а то на горе. Мы решили съездить, посмотреть, может там другая ситуация. Приезжаем – там никого нет, девственная площадка, добраться легко. Мы облегчённо выдохнули и начали под дождём монтировать навесы, ставить палатки. Нам поступали звонки из Москвы с вопросами о ситуации на месте. Мы бодрились, говорили, что всё хорошо. В итоге так и получилось.

Юрий: Турслёт теперь проходит на том месте, вернуться к первоначальному варианту уже никому в голову не приходит. Хотя я бы, возможно, изменил место проведения. Это бы добавило оригинальности. Даже те испытания, которые из года в год делаются, к примеру спортивное ориентирование, теряют смысл. Так что место можно заменить безболезненно, просто этим надо заниматься, искать.


- А вообще с какими основными трудностями довелось столкнуться при организации турслётов?

Андрей: В первую очередь всё та же транспортная доступность. В плане подъёма к месту проведения. Если погода портится, начинает идти дождь, то заезд на поляну и выезд с неё сильно усложняются. Причём не то чтобы для участников, а в первую очередь для оргкомитета. Усложняется завоз туалетных кабин, дров, всего оборудования. Это действительно трудно. При согласовании с местной администрацией тоже иногда возникают трудности. Кроме меня об этом почти никто ничего не знает, но с ними тоже всегда приходится вести большие диалоги. И не только с администрацией, но и с другими турклубами, «Глобус» или «БМВ». Школьники, местные жители. Со всеми надо созвониться, проговорить. Много различных инстанций, бывают трудности в согласовании. Часто приезжает полиция. Как никак музыка играет, бывают претензии.

Юрий: Каждый раз есть угроза того, что турслёт не состоится, если не будет финансирования. А в принципе многие студенты благодаря нашему правительству готовы к возможности заплатить организационный взнос за участие в турслёте. Это будут не большие деньги. Например, университетом выделяется 500 тысяч. В турслёте принимает участие 500 человек. По тысяче с каждого – и вот уже ещё 500 тысяч есть. В сумме миллион. И уже можно не одну байдарку заказать, а несколько катамаранов. Квадроциклы арендовать. Короче, есть куда развиваться! Развивайтесь. Дерзайте, владейте. Только убирайте за собой мусор.
 


- Как пришли к идее проведения двух турслётов в год, если учесть первоначальное недовольство самой идеей такого мероприятия?

Юрий: Сейчас мало кто задаётся этим вопросом, это же так естественно уже: два турслёта. А нами изначально было запланировано два турслёта в год: осенний для первокурсников в первую очередь, весенний для всех. Осенний был адаптацией опыта МЭИ. Один из участников команды КВН «ВиZиT» (МИИТ), Роман Манусаджян, закончил Московский энергетический институт и рассказывал, как их посвящали в первокурсники. У них перваков называли козерогами, а посвящение делали сами студенты старших курсов. Администрация не имела к этому посвящению никакого отношения. Оно у них существует уже много-много лет, как традиция. У них там абсолютно неформальные конкурсы, что меня лично привлекло, захотелось даже самому в них поучаствовать.

- Можно какой-нибудь пример?

Юрий: Например, берётся две команды из 10 человек, мальчики и девочки вперемешку. Им даётся задание выложить на земле линию из элементов своей одежды. У кого эта линия, тропинка из одежды, длиннее, тот и выиграл. И люди начинают снимать с себя куртки, кофты. Потом штаны, потому что они хорошую длину дают. Если тебя опережают, то в ход идут ботинки. И так далее. Очень весёлый конкурс, который мы так ни разу и не организовали. Это всё из-за нашей врождённой МИИТовской скромности. И потому что администрация всегда бдит на всех наших турслётах. Или потому что у нас не такие самостоятельные студенты, которые не могут сами что-то организовать.

- Здесь возникает вопрос, насколько сложно управлять студентами в полевых условиях? Не становятся ли они ещё более неорганизованными или наоборот в нестандартной ситуации уровень их ответственности повышается?

Андрей: Управлять студентам в полевых условиях, наверно, точно так же, как управлять в не полевых, так сказать. Как во Дворце культуры. С одной стороны, им всё интересно. Это не столы таскать в институте. Но всё равно бывают моменты, когда люди устают или ленятся, хотят покурить в уголочке, вместо того, чтобы делать дела. Поэтому нужно всё держать на контроле.

Юрий: Я хочу сказать отдельное больше спасибо Андрею за его участие в организации турслётов. Его уход из университета подтолкнул меня к мысли обо всём этом рассказать. Потому что, если это не зафиксировать, никто об этом никогда не узнает и не вспомнит. Ему спасибо за то, что он загорелся этой идеей и все годы тащил на себе бремя директора лагеря. Это незаметная, но большая работа. Я не знаю, как это будет дальше проходить, потому что без таких энтузиастов, которые сами увлечены этой формой досуга, будет очень тяжело. Невозможно назначить человека курировать турслёт, если он урбанист до мозга костей и не признаёт подтирания листиком.
 


- Как вы думаете, как же так получилось, что после мокрого и грязного междусобойчика на два института, турслёт впоследствии стал одним из главных событий в жизни университета?

Юрий: Первый турслёт и правда был сложным. Было мало участников. Было холодно и грязно. Но если бы он не состоялся, не было бы второго турслёта, на который поехало уже больше 200 человек, куда уже все институты поехали, все без исключения. Даже не знаю, что подтолкнуло их к участию. Наверняка первопроходцы, ИТТСУ и ЮИ, рассказывали об этом всем. Я думаю, тут сработал эффект небольшой зависти. Эти сходили в лес, а другие не сходили и задались вопросом: «А почему мы не пошли? Мы тоже хотим в лес». Администрация у нас не интересуется, что хотят студенты. Она даёт или не даёт. На этом у нас всё в государстве сейчас строится: это можно, это нельзя. Какое-то политизированное интервью получается. В общем, студентам никто не расширяет границы возможного. А тогда мы открыли «железный занавес». Оказалось, что мероприятия МИИТа можно проводить не только во Дворце культуры. Точно так же мы сказали, что спортивные мероприятия не обязательно проводить во Дворце спорта, можно бегать вокруг первого корпуса. Наверняка ещё есть какие-то области, которые можно открыть.

- Хотелось бы примеров опять же. Какие области вам так и не удалось открыть?

Юрий: А за примерами далеко ходить не надо. Вместе с первым турслётом в тот же план работы был вписан квиз. Тогда к нам устроилась Анна Беклемишева, ныне чемпион Высшей лиги КВН в составе команды «Раисы». Она рассказала, что у них в Иркутске популярен квиз. Все в МИИТе смотрят: что это такое – квиз? И смеются. Но так как мы тогда делали турслёт, новый формат «Мисс МИИТ», придумали «Гордость университета», до квиза уже руки не дошли. При этом в планах на будущее он всё равно оставался и над нами по-прежнему смеялись, чего вы оставляете этот квиз? Теперь уже несколько лет вся Москва и Россия играет в квиз, а наши до сих пор не играют. Возможно потому что те, кто сейчас руководит, смеялись над этой идеей. У нас всегда так, надо кому-то доказывать с пеной у рта. От этого устаёшь.

- Вернёмся к основной теме. Какой турслёт стал для вас лично самым лучшим, самым запоминающимся?

Андрей: Все турслёты были по-своему хороши. Но больше всех мне, наверно, понравился первый. Потому что это была какая-то новинка. Несмотря на то, что погода была ужасная, шли дожди, машины застревали. Про первый турслёт мы можем рассказать больше всего. И очень запомнился десятый, юбилейный. Он действительно был с размахом. Была куча дисциплин, было много народу, выпускники, огромный состав оргкомитета, салют, байдарки, надувные городки, много детей. Короче, вообще бомба! Мне запомнились больше всего первый и десятый.

Юрий: А мне второй. Когда после первого вдруг поехали все – это было здорово. Когда проектом «заражается» много людей – всегда здорово. Ещё я там выступал, имел оглушительный успех. Выпускники приезжали на второй, потому что мы их пригласили. Они приняли участие в едином порыве со всеми. Я считаю это тоже обязательно надо делать, приглашать выпускников. Но многие против выпускников, потому что они неподконтрольны. Все должны быть подконтрольны, а они могут и послать, и по роже дать.

- Кстати, были какие-то эксцессы за эти годы, драки, травмы?

Андрей: Самое страшное было, когда у нас приглашённый со стороны рабочий чуть не отрубил себе топором ногу. Ему пришили потом. Ногти люди себе вырывали. Были стычки с местным населением, но они решались вызовом полиции.

- Что бы вы отметили, как рекорды, достижения?

Юрий: Для меня основной рекорд – это то, что удалось это привить в МИИТ. Мне никто не рассказывал, были ли турслёты до того. Много раз рассказывали про БАМ. Это был турслёт длинною в жизнь, когда они строили железную дорогу. Это всё объединяет. Но про турслёты не слышал. Наверняка были. В МИИТе оказывается много лет функционирует туристический клуб. И когда мы для организации турслёта пригласили в помощь человека со стороны, меня с ним познакомили через 38-е руки, то оказалось, что этот человек трудоустроен в МИИТе. То есть ему платили проектные деньги, а он ещё зарплату получал. Вот у туристического клуба не получалось провести общий университетский турслёт, а у нас получилось. Вот наш главный рекорд.


- Напоследок пожелайте что-нибудь будущим студентам туристам и организаторам турслёта.

Юрий: Хочется пожелать, чтобы нынешние организаторы туристического слёта чтили заложенные нами традиции. Но мы не обидимся и даже будем рады, если форматы проведения этого мероприятия будут видоизменяться, количество участников будет увеличиваться. Я боролся с этим и не смог побороть. Никто, как я считаю, не должен запрещать институтам заявлять больше одной команды. Если в институте есть полторы тысячи человек и большим активом, почему может поехать только 30 человек? Пусть едет 60. Искусственно создаваемые ограничения мешают развитию.

Андрей: Я присоединяюсь к этим словам. Не создавайте себе рамок. Университет и студенческая жизнь должны быть вашей стартовой площадкой, а не ограничителем. И в свою очередь хочу сказать спасибо и Юре, и Евгению Юрьевичу за все эти приключения. Было круто и весело, несмотря ни на что.
Берегите Турслёт, друзья!

Подписывайтесь на созданный Андреем Кирьяковым паблик Турслёта.
 

Беседу провёл Андрей Козлов

Рейтинг: 0 Голосов: 0 2640 просмотров
Комментарии (0)